среда, 15 марта 2017 г.

Первая встреча

Интереснейшее свидетельство
Я родилась и выросла в Германии в семье молодого, талантливого офицера.

Отец был исключительно образованным, эрудированным человеком, в связи с чем пользовался у меня большим уважением.

Дом был полон книг обо всем на свете, а вот Библии не было никогда. Советское образование, атеистическое воспитание, аналитический склад ума, домашние, школа, университеты и академии убеждали нас, что Иисус — это миф, такой же, как и мифы древней Греции, а те, кто в этом сомневаются – глупые неучи, неудачники, замаливающие свои грехи, стараясь хоть как-то оправдать свое ничтожное существование.

Воспитывались мы в очень консервативном духе. В семье родилось 5 детей, и все девочки. Моя добропорядочная мама, бывшая медсестра «Скорой помощи», посвятила свою жизнь нашему воспитанию. Девственность до брака, пить-курить – Боже, упаси, убили бы за это! Да по-другому было и нельзя – в маленьком военном городке все друг о друге знают.

Поскольку для детей офицеров обучение в университетах Германии было запрещено, меня, 17 летнюю выпускницу школы, отправили учиться в Россию.

1989 год. Из сытой, европейской Германии я отправилась в Иваново. Я приехала поступать в университет и опоздала к вступительным экзаменам на 13 дней! Интернета и сотовых – не существует, помните. Пришлось идти в колледж, единственное учебное заведение с художественным отделением, принимавшее документы на поступление.

Училась хорошо, неплохо рисовала, пользовалась уважением и у друзей, и у учителей, серьезно занималась восточными единоборствами, при случае без страха отстаивала свою точку зрения. Мне казалось, что я чувствовала себя более свободной, чем окружающие меня. И да, я искала. Я не знаю, чего. Того, что витало в воздухе, но было для меня не уловимо. Какую-то истину вселенских масштабов! Предчувствие бессмертия толкало к поискам смысла жизни! Но на прямой вопрос «ты веришь в Бога?» я, снисходительно улыбаясь, продолжала говорить: «Нет».

Я не искала хороших, любящих людей, я не верила в их существование. Была честной сама с собой и с другими. Я не находила удовольствия в распущенности. Матом не ругалась, с мальчиками не спала, принципиально не пила, не курила, но и к лику святых себя не причисляла. Хотя в принципе, на общем фоне, смотрелась неплохо. Была горда собой, и, как думалось, не без причины. Читала в запой, особенно историю и философию. В общем, по всем показателям – хороший человек!

Я на третьем курсе. Зима. С однокурсниками отправились за развлечениями в изумительной красоты местечко – Плес. Волга окружена большими холмами, покрытыми снегом. Купола, избы, белые крыши – левитановская красотища!

Поднялись на огромную горку, закатанную местными детьми до состояния сосульки. Кто-то из однокурсников нашел длинный кусок пластика. Кто-то придумал прокатиться на нем «паровозиком». Девять девчонок уселись одна за другой. Машут мне, упрашивают сесть с ними. «Что за глупости, — говорю, – опасная идея, посмотрите, какой большой склон». Внутри — тихий голос, страшное предчувствие. Но меня уговаривают смех и холод. Я последний пассажир. В ушах засвистело от скорости и мороза.

Все орут от восторга! Наши зады побиты неровностями замерзшей горки. А я со своей камчатки пытаюсь рассмотреть, куда же мы приземлимся? Молниеносные калькуляции возможных последствий заставляют сжать зубы. Далеко впереди – старинное разбитое кирпичное здание, наша масса плюс большая скорость, угол наклона горы, огромная инерция – вовремя остановиться не получится! Первой в «паровозике» сидит Юля, девочка-дюймовочка, которая, совершенно очевидно, будет раздавлена. Она уже тоже поняла, что произойдет страшное, вижу, что барахтается ножками в попытке затормозить.

На мне тяжелые немецкие бутсы, я втыкаю их в сосульку, по которой мы несемся. Наш вагон, как тяжелую машину на льду, медленно разворачивает, и теперь я еду спиной, первой в очереди.
Удар был почти беззвучный. Стена врезалась в нас как нож в масло. Мне показалось, что мой желудок растекся по кирпичной кладке. На мне взорвался пуховик. Такое чувство что из меня силой вырвали мой скелет. Ребята из другой группы, последовавшие за нами на таком же куске пластика, врезались в нас и хлопком выдавили из меня остатки жизни.

Следующее, что помню, — то, что я стою на ногах, и вижу, как люди, с испуганными лицами, бегут в нашу сторону. Они явно кричат, но я вообще ничего не слышу. Тишина. Как будто выключили звук в телевизоре. Я пытаюсь отряхнуться. Смотрю вниз. И вижу свои ботинки, свою куртку, вижу себя лежащей на снегу в странной позе. Не сразу узнаю свое лицо. Люди, сваленные в кучу, с искаженными лицами, расползаются на коленях в разные стороны. Сначала рассматриваю все происходящее, но скоро теряю интерес к картинке без звука. Мое внимание привлекает мужчина, стоящий метрах в десяти от меня. Все в нем не поддается объяснению. Русская зима, а он одет в балахон, почти платье. Люди бегут помогать, а он даже головы не повернул в нашу сторону. Он держит в обоих руках большой меч! Мужчина стоит там, как поставленный генералом солдат, застывший в напряжении, готовый к немедленным действиям.

В этот момент для меня открываются миллион вещей сразу. Это трудно объяснить, понимаю, насколько мал мой словарный запас, когда пытаюсь объяснить необъяснимое.

Я не должна была видеть его. Ангел поставлен там с целью. Если есть ангел, то есть и Бог. Прозрение втыкается в разум страшной болью. Всю свою жизнь я отрицала Его существование, и вот сейчас я, гордая собой красавица, войду в Его присутствие, где нет места моей воле или моим желаниям. Я совершенно потеряла контроль над происходящим. Здесь Он Хозяин. Он Творец и абсолютный Судья! Я поворачиваюсь, не объяснить…я стою в белом тумане.. дальше тысячи моих мыслей, моих слов и дел, спрятанных желаний, все это, как нечистоты вывалилось перед Ним. Перед Его лицом мою жизнь перелистывают, как книгу, которую хочется спрятать со стыдом. Я в ужасе от самой себя! Я в состоянии шока от увиденного о себе в присутствии Бога! Я не вижу Его вообще! Нас разделяет толстая стена пелены, как туман. Наверное, только это и спасает меня от верной, неминуемой гибели! Несмотря на то, что Бог скрыт от моих глаз, меня окружает, поглощает невероятная любовь, от которой в горле сдавило. Я испытываю стыд и ужас, от моей гордости не осталось и следа, я смотрю на себя другими глазами и вижу, что покрыта нечистотой с головы до ног. А Он совершенно Свят, Свят, Свят! Настолько, что приоткрой Он эту завесу, и меня испепелило бы святым светом и чистотой, исходящими от Него. Всю свою жизнь я сравнивала себя с теми, кто окружал меня. И вот теперь Бог сравнивает меня с Самим Собой. Я знаю, что со мной говорит Отец, переполненный ко мне Любовью, размеры и качество которой не поддаются описанию! Я очень хочу остаться с Ним!! Навсегда!

Но знаю, что не могу приблизиться к Нему. Я вопила в голос! Выла просто! Потому что только сейчас я поняла, что искала вот эту самую Любовь, искала Его, моего Творца, знающего обо мне все и неистово меня любящего! Я даже не предполагала о существование такой Любви, Ее не бывает среди людей! А я ничего не могу преподнести Ему, кроме своей грязи.

«Ты понимаешь, что должна пойти в ад», – Он говорил это мягко, с горечью, жалея меня. Но говорил совершенно правильно! Я понимала, что не смогу приблизиться к Нему, столько на мне греха! А Он Судья честный! И поэтому Его решение правильно!

Мне не страшен ад, я, честно говоря, не совсем понимаю, о чем Он говорит, но я в ужасе! Я рыдаю от дикой, не физической боли в сердце и разуме. Только что я пришла к пониманию того, что всю свою жизнь искала именно Его, нашла, Он лучшее, что я когда-либо испытывала, Он лучше, чем вообще это можно себе представить. Переполненный мудростью, силой, добром, Он соответствует всем моим стандартам совершенства. Но теперь я не соответствую Его стандартам. Он Любит меня, но я должна покинуть Его! Увидеть Его, побывать в Его святом присутствии, быть настолько Любимой и не иметь возможности остаться с Ним, быть отосланной куда угодно, сохраняя память о пережитом – вот это и есть настоящий ад! Непереносимое сожаление и горе!

«Господи, прости меня, я даже не знала, что Ты Есть! Как больно! Какое горе! Я только сейчас поняла, кто я! Я даже не знала, что все мои поступки — это страшная ошибка. Прости меня, умоляю тебя, дорогой Бог!».

Мне очень хотелось подойти и обнять Его.

Когда я открыла глаза, то увидела склонившуюся надо мной Лизу. Она держала мою голову на своих коленях и дрожащим, хриплым голосом шептала: «Сейчас врач приедет, сейчас приедет». Я не могла двигаться, встать не получилось. «Скорая» до места происшествия доехать не смогла. Лед кругом! Первой приехала машина милиции, «воронок». Мои однокурсницы затащили меня на плащ-палатку, которая нашлась в «газике», и в какой-то нелепой позе запихнули в машину.

Плес – маленький городишка, деревня-переросток. Больница больше похожа на медпункт! На дворе предновогоднее настроение, воскресенье! Надо мной склоняется молодой врач, от которого явно несет перегаром.

«Что болит?»

Я даже не представляю, что ему ответить. Боль растекается по телу с каждым ударом сердца. Показываю ему свою левую руку, пальцы, как сломанная вилка. Я долго лежала на снегу, но внутри, как теплый ручей разливается. Говорю об этом врачу, он нервно хмурится. Меня срочно отправляют на рентген. Много смещенных костей, выбитые суставы, но ни одного перелома.

На этом хорошие новости закончились. Разрыв печени. Внутреннее кровотечение.

Скрипя зубами душу в себе рыдания, нахожусь в настоящих муках, но не потому, что мне физически больно, я все еще в шоке от того, что пережила, разговаривая с Богом. Его голос все еще гремит в моем разуме.

Врач, держа в руках снимок, и результаты анализов, низко наклоняется и спрашивает как-то уж очень сочувственно: «Тебе что-нибудь хочется?»

Мама говорила, что такие вопросы врачи задают только перед смертью!

«Что?»

«Ты понимаешь, у тебя внутреннее кровотечение. Мы его не сможем остановить. Даже если наш «худой хирург» прибежит сейчас, он не успеет, даже если бы у нас вертолет был, мы не успеем». Немного подумав, добавил, «Тебе осталось жить максимум минут 20». Я думаю, он никогда в жизни не сказал бы такое ни одному своему пациенту, но он был не очень трезв и добр ко мне.

20 минут!.. 19,5 минут!.. 19!

А мне — 20 лет! Умирать медленно, находясь в сознании, гораздо страшнее! А еще страшнее умирать осознавая, что ты идешь в ад!

Я отвернула голову к стене. И там, в больничной палате, впервые в жизни я молилась неизвестному до этого дня Богу. Вслух.

«Бог, прости меня пожалуйста, если можешь. Прости пожалуйста! Я не знала, что Ты есть! Если Ты дашь мне второй шанс, я буду служить Тебе всю свою жизнь. Я расскажу о Тебе всем, кого знаю. Ты так добр ко мне! Я этого совершенно не заслуживаю. Прости меня! Прости меня!».

15 минут… 14.5…

Врач с изумлением смотрел на меня, но ничего не сказал.

А меня накрыло, как мягким, огромным одеялом. Тепло растекалось по рукам и ногам. Казалось меня нянчили и гладили по голове, как младенца. Что-то происходило доброе, но я не понимала, что? Такой покой навалился, что я просто закрыла глаза и стала засыпать.

В приемное отделение врывается «худой хирург» – мужчина размером в 3XL. Крупный дядька! Быстро задает врачу вопросы, понимаю их через слово. Подлетает ко мне, хмурится и начинает отчитывать врача – почему ноги, плечи, пальцы не вправлены? Внимательно, крепко сжав губы, изучает рентгеновский снимок, смотрит на него, как на вызов его способностям. Как пианист прощупывает мой живот. Говорю доктору, что мне очень хорошо, что меня, как одеялом укутало, мне тепло. Думаю, я выглядела довольно глупо. Меня отправляют на второй рентген, чтобы понять сколько у меня и у хирурга осталось времени.

Какая то возня в кабинете и … брань! Как он ругался! Как он орал на «этих ослов»! С какой стати приволокли его сюда! У него сегодня День рождения! Полный зал гостей! Срочный вызов хирурга, когда хирургического вмешательства не требуется! Врач и сестра машут перед лицом хирурга бумагой с результатами анализов. Ну и «великий русский язык» через каждое слово.

Встаю сама. Дикая боль. Хирург как-то резко, но профессионально, вправляет мои пальцы и плечо. В глазах темнеет от боли.

Держась за стену, как паук ползу за ним в следующий кабинет. В дверном проеме, отделяющим скорую от приемного отделения, вижу заплаканные лица классной руководительницы и девчонок из моей группы. Юля – одна из них. Все живы!

Врачи совещаются, вернее ругаются, тыча пальцами в два отличающихся друг от друга рентгеновских снимка. Ко мне подходит медсестра со шприцем.

«А это еще зачем?» – спрашиваю.

«Обезболивающее».

«Не надо! Не надо! Я потерплю!”» (Страшно боюсь уколов)

Мне с каждой минутой все лучше и лучше. 20 минут уже прошло, а я все еще жива! Я самостоятельно встаю и подхожу к окну. То, что со мной происходит, вне моего понимания. Я больше не испытываю физической боли. Горе охватывает меня. 20 лет я жила в обмане! Мой отец страшно ошибается! 20 потерянных лет без Бога! Господи, помоги приблизиться к Тебе! Не могу остановить слезы.

Рядом с окном дверь, которая ведет на улицу. Я открываю ее, и пока врачи ко мне спиной, тихо ухожу из больницы, никому ничего не сказав. Еду в замороженном автобусе, как статуя, пораженная новой реальностью, медленно прокручиваю в голове и сердце каждое слово, мысль, интонации, услышанные от Бога! Как бывший атеист пытаюсь объяснить себе логику произошедшего. Я больше никогда не смогу быть высокомерной атеисткой, я разговаривала с Богом! Господи, всю мою жизнь я жестоко ошибалась!

Три дня не появлялась в колледже. Я говорила с Богом, не останавливаясь днем и ночью, засыпая и просыпаясь на коленях.

За эти три дня я пережила всю свою жизнь буквально заново. Бог показывал мне сцену за сценой, начиная с моего детства, очень мягко объясняя, что вот это и это было неправильно, и я со слезами соглашалась и просила прощения. Просила прощения, просила и просила. А Он прощал и прощал, и прощал… с такой любовью и радостью! Вспоминая эти минуты, плачу даже сейчас, 20 лет спустя. Там, в комнате моего общежития, на коленях я переучивалась жить и думать, оценивать вещи и поступки, опираясь на Его, бесконечно мудрое мнение.

И, конечно, мой диалог с Богом не ограничился тремя днями, наш разговор не прекратился до сих пор. Но по сей день первая Встреча с моим Отцом – это лучшее и самое очищающее событие, которое я пережила в моей жизни.
Татьяна Кочан, г. Иваново  
Вам понравилось сообщение? поделитесь с друзьями в соц.сети. Спасибо.

Вы хотите оставить комментарий, но не знаете, КАК? Очень просто!
- Нажмите на стрелку рядом с окошком Подпись комментария.
- Выберите Имя/URL (это лучше, чем анонимно)
- Наберите своё имя, строчку URL можете оставить пустой.
- Нажмите Продолжить
- В окошке комментария напишите то, что хотели
- Нажмите Публикация
Спасибо вам!

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Ваши комментарии вдохновляют. Спасибо.
Если хотите получить ответ на ваш комментарий, поставьте "галочку" возле "Оповещать"... и вам на почту придет ответ